Звание: Младший сержант
Родился 14 мая 1976 года в городе Сегеже.
Учился в Сегежской средней школе № 5, затем в профессионально-техническом училище № 16.
В армию призван 10 января 1995 года. Служил в Сертолово Ленинградской области.
1 апреля 1995 года направлен в Чечню.
Погиб 1 апреля 1996 года при выполнении боевой задачи.
Похоронен 9 апреля 1996 года на Сегежском городском кладбище.
Источник: Книга Памяти Чёрное Крыло Войны, Л. А. Соловьёва, 1997
Своими воспоминаниями об Алексее Быстрове делится его сестра Светлана. Она пишет:
«В нашей семье было пять человек: мама, папа, я и мои братья Эдик и Алёша. Алексей был младшим членом нашей семьи.
Алёша был, как все дети, ничем не выделялся, рос здоровым, весёлым мальчиком. Учился в школе, закончил восемь классов. В школьные годы хотел попробовать себя в спорте, занимался каратэ, был членом турклуба. Любил походы. По характеру спокойный, рассудительный. У него было много друзей, он мог найти общий язык со всеми, никогда не унывал, был находчивым.
После восьмого класса поступил учиться в ПТУ № 16 по специальности электромонтёр, одновременно учился на курсах в автошколе. Получил права водителя.
После окончания училища Алёша успел немного поработать в фирме «Топаз» грузчиком. 10 января 1995 г. его забрали в армию. Служил в автобатальоне. Из армии писал письма часто. Ни на что не жаловался. А когда оказался в Чечне, для нас не было покоя ни днём ни ночью. Письма приходили от него, но шли они очень долго. И хотя он нас успокаивал, писал, что обязательно вернётся, но… брат мой Алёша не вернулся. 5 апреля 1996 г. нам принесли телеграмму от командира части, в которой он служил. В ней говорилось: «С прискорбием сообщаем, что ваш сын, Быстров Алексей Вадимович, 1 апреля 1996 г. погиб в результате пожара… Вылет с телом 6 апреля 1996 г. из Минеральных Вод на Санкт-Петербург рейсом 6371».
Подробностей о гибели Алёши не знаем. Но майор, который сопровождал гроб с телом, подтвердил версию о пожаре, в котором погиб Алёша.
Знаем, что Алёша водил КамАЗ, подвозил на нём снаряды к установкам. Часто на машине (он называл её «мой железный конь») ездил из Бамута во Владикавказ, выполняя боевые задания. Во время одного такого боевого задания он, приехав на своей машине, поставил её под погрузку, а сам пошёл отдохнуть в каптёрку. То ли взрыв произошёл, то ли ещё что, но в каптёрке произошёл пожар. Каптёрка сгорела дотла. Сгорел и Алёша. В свидетельстве о гибели значится: 100-процентный термический ожог, полное обугливание тела. Так трагически погиб наш Алёша».
О том, как проходила служба, мы прочитаем из писем Алексея домой.
Письмо от 17.08.1995 г.:«Привет из далёких и красивых гор Казбека. Здравствуйте, мама и папа. У меня всё хорошо, просто отлично. Получил ваше письмо и сразу даю ответ. Мама, ты пишешь, что устроилась на работу в детский сад. Нравится ли тебе, не «достают» ли тебя малыши? Как здоровье у папы?
Погода здесь стоит отличная. Я уже загорел, стал чёрный как негр. Наш батальон стоит под Бамутом, вокруг нас горы. В отпуск я не приеду, видимо. Ведь мы в Чечне, а отсюда в отпуск не пускают; идут боевые действия, и без замены отсюда не уехать. Видно, так и буду весь срок службы смотреть на эти горы. Мама, пошли, пожалуйста, конвертов, а то все кончились. Передавайте привет от меня Эдику‚ Люде, Насте, дяде и тёте. Жду ответа. Ваш Лёша».
Следующее письмо (дата не обозначена):
«Привет с гор Кавказа. Моя служба идёт хорошо. Езжу на КамАЗе, выполняя различные боевые задания. Заезжал только что в полк за письмами и снова мне ничего. Я получил от вас всего одно письмо и второе с конвертами. Был очень рад, что дома всё хорошо, все живы и здоровы. Мама, передавай привет и поздравления Эдику, Людмиле и их дочке — моей племяннице. Мама, ты писала, что папа и Света ездили в деревню. Как поживает наша родня? Передай Михайловичу и Эдику, чтобы написали мне письма и непременно с полным адресом. Дело в том, что, когда отправляли нас в Чечню, отобрали все адреса, вот почему я им не пишу и другим тоже. В свободные минуты, которые бывают у нас, мы все пишем родным письма. И ещё, мама, не верь тому, что говорят по телевизору и радио про Бамут, будто там относительно тихо. Всё вранье. Идёт полным ходом война.
На этом закончу. Передавай всем от меня привет. Ваш Алексей».
Письмо из Бамута с надеждой на скорую встречу:
«Привет, мои дорогие! Давно от вас не получал писем. Как живёте? Как дела у Эдена с Людой, у Светы и, конечно же, у маленького Лёни? Я по всем соскучился. Последнее письмо, мама, я вам написал, когда находился во Владикавказе. До сих пор нет ответа. Видите, как долго идут письма. А может быть, и не доходят до вас мои письма. Сейчас я буду писать вам редко. Идёт война… В данный момент пока спокойно, вроде бы идёт какое-то перемирие. Наш реактивный дивизион ушёл под Грозный, а нас десять человек плюс две установки «Град» и четыре КамАЗа оставили под Бамутом. Если вы получили предыдущее письмо, то в нём я сообщал, что езжу на КамАЗе, подвожу снаряды к установке «Град». Один КамАЗ уже остановился. Я в нём ехал во Владикавказ. «Духи» перебили воздушный провод. Но всё обошлось… Я думал, что меня оставят ремонтировать КамАЗ, так нет, мне дали другой и отправили обратно в Чечню.
Погода стоит жаркая. Солнце палящее. Тяжело. Если бы был фотоаппарат, а может, привезут скоро кассеты для полароида, сфотографируюсь и вышлю вам фото. Посмотрите на меня. Во-первых, я чёрный как негр, а во-вторых, я весь увешан гранатами, с автоматом в руках и вообще выгляжу, как Рэмбо.
Мама, передавай всем родным привет и вложи в письмо простые конверты, а то у меня их больше нет.
До встречи, ваш Алексей».
Письмо от 9.10.1995 г.:
«Здравствуйте, мама, папа, Света и Алёшка!
Письмо ваше получил, извините, что задержался с ответом. Причина в том, что не было колонны во Владикавказ и не с кем было туда отправить письмо. А ещё нас отправили на неделю в горы. Сообщаю, что у меня всё хорошо. Здоров. Простудиться ещё не успел, но погода уже портится, дожди идут, не переставая, сутками. Кругом слякоть и непролазная грязь. Мама, не волнуйтесь, если письма от меня будут приходить реже. Машина от нас во Владикавказ ходит один-два раза в месяц, с ней мы отправляем все письма домой. Так что обязательно получите весточку. Мама, ты спрашиваешь, чего мне послать. Если соберёте посылочку, то положите тёплые носки, конверты и чего-нибудь сладкого и вкусного, а то надоели одни и те же супы и каши. Посылку вышли на войсковую часть, когда колонна поедет туда, мне и доставят вашу посылку.
На встречу уже не рассчитываю. Отпуск не дают, да и служить толком не знаем — два или полтора. На этом всё.
До свидания, ваш Алексей».
Это письмо из поселка Шали от 30.10.1995 г.:
«Привет из Шали!
Мама, ответ на своё письмо не получил, пишу вам с нового места. Нас перевели на неделю под Шали. Здесь постреляем, и снова переведут в Бамут.
У меня всё нормально, не беспокойтесь. Насчет отпуска не знаю, если будем служить два года, то должны отпустить, но мы точно ничего не знаем. Дембеля собираются домой, а нам ещё служить и служить. Мама, передавай привет от меня всем, всем: папе, Свете, Эдену с Людой и, разумеется, теперь уже большому Лёше. На этом заканчиваю, всем, всем всего самого доброго. Ваш Лёша».
И наконец ещё одно письмо. Оно особое, предновогоднее.
«Привет из нашего блиндажа!
Мама, мне только что привезли из полка твоё письмо. Ты пишешь, что я скоро получу и от Эдика письмо. Это меня радует, и я очень жду. Как там ведёт себя маленький Лёшенька?
Мама, я должен сообщить тебе, что до конца своего срока буду находиться в Чечне. Но вы за меня не волнуйтесь. Скоро уже год, как я служу в армии, ещё годик, и я вернусь домой. Скоро Новый год, и я вас всех поздравляю с Новым 1996 годом! Надеюсь, что у вас и у меня всё будет хорошо. Желаю всем здоровья и удачи.
Думаю, что и я Новый год встречу неплохо. Наши пацаны достали где-то телевизор, и представьте: наш блиндаж и в нём телевизор… Привет и новогодние поздравления всем родным и знакомым.
Жду от вас ответа, ваш Лёша».
Так и не дождались родные Лёшу со службы. Вместо Лёши прибыл цинковый гроб с его телом, «груз-200». Похоронен Алексей Быстров с воинскими почестями 9 апреля 1996 г. на Сегежском городском кладбище. Пусть земля ему будет пухом!